Живёт в городе на Оке – Дзержинске. Окончила Горьковский политехнический институт, работает в НИИ.
Автор десятков рассказов и сказок. Её страница есть на сайте «Энциклопедии большой литературы». Состоит в литературном клубе «Творчество и потенциал» (Санкт-Петербург).
Книги новогодней дилогии для детей и взрослых «Его Величество и Снегурочка Майя» и «Майя на службе Его Величества» участвовали в международных ярмарках Non/fictioN. Дилогия стала бестселлером.
Рассказ автора включён в русско-китайский сборник «Слово и дух».
Муж Юрий иллюстрирует книги и рассказы писательницы.
Награждена медалями «460 лет книгопечатанию в России», «За вклад в нравственное становление подрастающего поколения», знаком «Литературный Феникс», кубком лауреата премии Н. Лескова от клуба «ТиП», грамотами и дипломами.
СНЕЖНЫЕ ПТИЦЫ
– Ты трусишка, хуже зайца! – девочка топнула ногой. – Боишься идти со мной. А ещё старший брат!
Ефиму стало обидно. Вот уж кем-кем, а трусом он не был. Дарье взбрело в голову навестить матушку Зиму. Жила Зима за лесом. А Ефим тот лес не любил: ели так и норовили лапами колючими за нос цапнуть. И в болотинах кто-то ухал да хрюкал.
– Нужно узнать, почему снега нет и нет… – Дарья печально посмотрела в окно.
– Вот ночной сторож Михась говорит, это потому, что снежные птицы не летают, не роняют свой пух на землю.
– Зима и про этих глупых птиц должна знать.
– Ладно, ладно, завтра пойдём. – Ефим всё же уступил любимой сестре.
На следующий день они отправились в путь. Родителям решили не говорить: вот выпадет снег, тогда и похвалятся.
Пока через мёрзлое поле шли, веселились. А в лесу Дарья брата за руку схватила и начала оглядываться. Страшно ей стало. А Ефим ничего – храбрился. Хотя он-то видел и глаза жёлтые, и серую тень. И в болоте ухало. Только ели за нос не хватали колючими лапами. Они от холода съёжились: плохо без снежного одеяла. Тут сорока за ними увязалась. Прострекочет что-то и смотрит внимательно так. Ефим начал прислушиваться и – надо же! – понял.
– Дур-р-рачьё, куда отпр-р-равились?! Р-р-работа вас ждёт тр-р-рудная.
– А мы работы не боимся. Дарья у нас рукодельница. А я и дрова колю, и столярничаю.
Сорока обрадовалась, что разговор у них получился. Так и проводила до жилища матушки Зимы. И в окно постучала.
Зима услышала, дверь открыла. Сорока тут же застрекотала:
– Гостей пр-р-ривела. Говор-р-рят, что р-р-работы не стр-р-рашатся.
Зима заулыбалась, заохала:
– Как вы вовремя пришли! Столько дел навалилось… Я без помощников не успеваю со всем справиться.
– Мы тебе, матушка Зима, поможем обязательно. Скажи только: почему снега нет?
– Да кто же на пороге беседует? Вы в дом проходите.
Дарья даже засмеялась от радости – какая матушка Зима приветливая.
Зашли они в дом, сорока за ними проскочила. В уголке спряталась, слушает. Зима налила в большие кружки горячего чая, поставила в плошке мёд, разрезала пышный каравай. После чаепития начала рассказывать:
– Милые дети, дело в том, что вдруг порвалось небо. Теперь из него каждую ночь звёзды сыплются и сыплются.
В этот момент сорока не могла удержаться и возмущённо защёлкала в своём углу:
– Кто же его пор-р-рвал?
Матушка Зима покачала головой:
– Может, Северный ветер, а может, Большая Медведица. Медведица такая шалунья! Каждый день от луны откусывает понемногу… Но беда в другом. Снежные птицы теперь только тем и заняты, что звёзды клюют. И летать не хотят, свой снежный пух на землю не сыплют.
– Я зашью небо, только вот как достать до него? – Дарья посмотрела на брата.
Но Ефим тоже не знал – как.
Зима объяснила:
– В этом-то и дело. Я не могу птиц без присмотра оставить. А нужно разбудить героя-богатыря. А он спит далековато отсюда. Вот к нему вы и отправитесь.
– Чтобы он победил людоеда? У которого двенадцать голов.
– Нет.
– Чудище с одним глазом на макушке?
– Нет.
– Тигра, который проглотил половину Земли?
– Может, когда-нибудь и для этого разбудим. А сейчас попросите его поставить лестницу до неба. Только он сможет это сделать.
– А мы героя-богатыря найдём? – хором спросили Дарья с Ефимом.
– Я вам дам провожатого. Сегодня не успеете до темноты. А завтра провожатый этот будет ждать около леса. Сейчас я вас познакомлю.
Зима вышла и засвистела в дудочку. Трель задрожала в морозном воздухе. И что-то белое, как облако, появилось около крыльца.
Провожатым был заяц ростом с жеребёнка. Он ухмылялся, показывая зубы огромные и страшные. Брат толкнул сестру в бок и прошептал:
– Кто меня называл трусливым зайцем?
Зима рассказала, как спасла махонького зайчонка. Его орёл хотел утащить. Она бросила в орла тыквой. А тыкву вырастила из золотого семечка. А семечко принёс огромный муравей. Тыква была почти с избушку. Ну, может, вполовину. От орла только перья полетели. Тыква, ясное дело, разбилась. Но Зима все кусочки собрала и кормила зайчонка этой тыквой. Вот он и вырос.
– Сейчас зайка до дома вас домчит. Садитесь ему на спину, держитесь крепко-крепко прямо за шерсть.
Сорока летела за ними и стрекотала:
– Почему земля др-р-рожит?
Это заяц наш бежит.
Почему земля тр-р-ясётся?
Это заяц наш несётся.
Дома Дарья весь вечер шуршала в сундуках-коробах: искала шёлковые нитки под цвет неба и серебряные иглы с золотым ушком:
– Не буду же я небо зашивать обычной иглой и льняными нитками!
Следующим утром – спозаранку – побежали Дарья с Ефимом к лесу. Зайчище уже их ждал, почёсывал спину о чёрный ствол. Сразу отправились к засоне-богатырю. Сорока опять за ними увязалась.
Герой-богатырь храпел под нависшей скалой. Под головой кочка вместо подушки, туча – вместо одеяла.
Как они его толкали, как кричали – всё без толку. Сорока догадалась травинкой богатырю в носу пощекотать. Чихнул он так, что в небе загрохотало и камни со скалы посыпались. Как глаза богатырские открылись, Ефим гаркнул:
– Матушке Зиме нужна лестница до неба.
Богатырь кивнул, снял лестницу со скалы и пошёл ставить. А дети опять зайца оседлали. Когда до матушки Зимы домчались, лестница уже стояла.
Дарья достала шкатулку с нитками и иглами. Зима всё рассмотрела, кивнула одобрительно. Дарья переживала, что будет долго по лестнице забираться. Но получилось очень быстро: зимой небо низкое.
Девочка ловко зашила небесную прореху и спустилась на землю.
Зима её похвалила:
– Шов какой ровный! Спасибо, Дарьюшка!
Пока сестра рукодельничала, Ефим без дела не сидел: воды натаскал, дров нарубил.
Зима стол накрыла: и пироги румяные, и капуста квашеная, и каша с маслом. Сороке отборного зерна насыпала.
Дарья не только ела, но и разговор поддерживала:
– А правда, будто был такой юноша, что у девы-лебедя одежду украл?
– Было дело, давно. Украл он одежду и спрятал. А сестрицы её ох и осерчали! Им в тёплые края на зимовку лететь надо. Стали они вора крыльями бить. Несладко бы ему пришлось! Но он в избу забежал, из печи лебяжью одежду вынул – хорошо, что спалить не успел – и через трубу её выбросил. Крылья в саже испачкались. И дева-лебедь стала чёрной. И улетели они в тёплые края, к синему морю.
– Это не они снежные птицы?
– Нет, снежные птицы, дочери Северного ветра, – королевны. Крыльями они закрывают полнеба. А свита их белые совы, фазаны, чайки прожорливые и страшный сокол – кречет. Сегодня, как стемнеет, в окно выгляньте. Птицы почти все звёзды склевали. Думаю, к ночи взлетят. Давно, давно пора леса и поля пухом-снегом запорошить.
У Дарьи новый вопрос:
– Когда же герой-богатырь подвиги совершает, если он всё время спит?
Матушка Зима улыбнулась:
–Так он сейчас спит. А подвиги свои совершил, может, сто лет назад, а может, и больше. Это он страшного змея одолел, когда тот начал яйца снежных птиц пожирать. Он усмирил чёрную женщину, которая из жёлтой пены явилась и потравила морские воды. А люди про него песни хвалебные до сих пор сочиняют.
– А много ли тех песен? – спросил Ефим.
– На тридцати повозках не уместятся.
Сорока даже поперхнулась и начала кашлять. Так и кашляла, пока заяц сестру с братом домой на спине вёз.
Как стемнело, Дарья от окна не отходила и первая увидела снежных птиц. Они летели медленно и низко, крылья серебром отливали. И сыпали-сыпали свой белый пух на чёрную землю.
– Снег! – закричала Дарья.
Ефим тулупчик накинул и во двор выбежал, а за ним родители.
И радостно всем стало: зима пришла!
